“Нынешняя жизнь сложилась так, что у среднего, нормального гражданина нет времени глазеть и на что-либо засматриваться — он всегда занят. А когда не занят, в лучшем случае читает, ходит в театр, занимается спортом, в худшем — смотрит телевизор, поучает детей, как надо жить, или пьёт. Конечно же, быть зевакой, то есть, на его взгляд, быть бездельником, у него нет времени, да и охоты, и поэтому зевак он презирает. Я же не только не презираю, но защищаю и утверждаю, что зевакой быть надо, то есть быть человеком, который, как сказал Гаршин, «не пропустит интересного зрелища». А интересное зрелище вовсе не слон, которого водят по улице (его можно увидеть и в зоопарке, и рассматривание его там почему-то не считается «зевачеством»), — интересное разбросано буквально на каждом шагу, оно у нас под ногами, пред глазами, над головой, но мы его просто не замечаем. Не замечаем потому, видите ли, что мы люди дела, люди занятые и на пустяки терять время не хотим. Поэтому мы не знаем, как выглядит фасад дома, в котором мы живём, что изображено на барельефе над правым входом в МХАТ или стенах Казанского вокзала. А ведь сделано это для вас, серьёзные, занятые люди, именно для вас, и именно для вас я, зевака, и написал эти записки.» Виктор Платонович Некрасов «Записки зеваки»

неділя, 23 жовтня 2011 р.

НЕСТАНДАРТНАЯ ЖИЗНЬ

          Человеку, выросшему в Советском Союзе, да еще и имеющему техническое образование, очень трудно понять, как можно в современной жизни обходиться без стандартизации, унификации изделий и деталей.
          Возьмем самое бытовое. Вы определили для себя, что вам по душе хлеб такого-то названия и производства такого-то хлебзавода или пекарни. Как-то в душе вы уверены, что завтра, послезавтра и через месяц вы получите примерно от этого производителя хлеб одного и того же качества, вкуса и веса, независимо от того, уволился ли, запил ли Вася-пекарь и кто там у них сейчас возле печи. Вы не задаетесь вопросами стандартизации, но сердцем как-то понимаете, что есть рецептура и технология и ее более или менее может соблюсти любой  обученный человек.
          Или вот строительный кирпич. Простая вещь, но оказывается должен иметь единые на всю страну размеры и оговоренные качественные характеристики. Для чего, спрашиваете. Да просто любой мало-мальски знакомый со строительством человек знает (раньше это учили наизусть) размеры кирпича независимо от точки необъятной родины, где его покупают. Знали строители совершенно точно (!) сколько кирпичей идет на один кубический метр кирпичной кладки и какое количество в этом кубическом метре строительного раствора. Ведь тогда можно считать сколько нужно материалов для строительства, тогда проще и уверенней жить.
          В Парагвае с этим совсем по-другому. Как ни пыжатся сейчас парагвайские власти рассказать миру, что мы, мол, можем освоить любую современную технологию – вложите только в нас деньги, всем более или менее мыслящим людям ясно, что современное производство не делается «скачком» даже за большие деньги, а требует долгого и кропотливого воспитания методам и сознанию современной культуры производства.
          И не перетащить бедуина никакими деньгами в современный мир с канализацией: все равно, при самых больших деньгах, он будет ездить в гости со своим шатром и разбивать его хоть в Москве, хоть в Париже.
          Какому-то продвинутому парагвайцу (возможно, это был иностранец) пришло вдруг в голову измерить кирпичи, которые продаются в Асунсьоне и проверить их качество.
          Сегодняшняя газета пишет о результатах этого любопытного исследования:


(Строители, обратите внимание на ширину швов, "принятую" в Парагвае.)

          Оказывается, кирпич становится все меньше, поскольку продается на штуки (тысячи), а стандарта вроде как и нет, а если и есть, то кто контролирует и кто его знает в этой стране?        Таким образом хитрые производители кирпича решили экономическую задачу в свою пользу.
          Но это, так сказать, хитрости предпринимателей. А ведь повседневная парагвайская жизнь кишит всякими ляпами и без хитростей.
          Например - резьба. Резьба, это такая нарезка на изделии, которое нужно вкрутить куда-то или в которое нужно что-то ввинтить. Например – водопроводный кран. Как узнать, что покупать, если продаются самых разных производителей и все они отличаются и не взаимозаменяемы? Ходит в стране и метрическая резьба и дюймовая. Сами парагвайцы таких тонкостей в большинстве не понимают и все «пробуют». Поэтому консультации в магазине вы вряд ли получите. Брать с собой резьбомер? Но это – штука редкая, хоть и простая, и не все далеко им умеют пользоваться.
          А розетки и вилки электрические?! В стране одновременно «ходит» пять типов штепсельных разъемов!
          В Киевском инженерно-строительном институте советских времен учил студентов легендарный профессор Штейнберг. Когда студент приносил ему свой проект какого-то жилого здания, профессор первым делом доставал из своего бумажника вырезанный из плотного ватмана маленький гробик в масштабе, соответствующем масштабу проекта (в бумажнике были все масштабы!). Далее, при помощи такого простого «инструмента» он проверял проект «на вынос тела»: возможно ли запроектированными комнатами, коридорами, лестницами вынести из такого дома покойника? Доходчиво и очень практично. И это при том, что в СССР существовали стандарты на ширину коридоров, ширину дверей и пр. и пр.
          В Парагвае таких стандартов нет. Ширина дверных и оконных проемов  в одном доме может быть разная. Коридоры – любые. Даже в общественных зданиях. Представьте на минуточку, что вам не один гроб вынести, а быстро при пожаре освободить зал с людьми и при этом двери на их пути разные по ширине, открываются в разные стороны, и коридоры заставлены, поскольку понятия пожнадзора не существует?!
          Но зачем себе выдумывать неприятности, которые еще не случились? А если и случились, то не с нами? Транкилла!
    



Немає коментарів:

Дописати коментар

Примітка: лише член цього блогу може опублікувати коментар.